Socialist
News




Яша Кигель

Стачкой по насилию против женщин

Интервью с Яшей Кигелем о забастовке против насилия над женщинами в Израиле

Протест в Тель-Авиве 4 декабря. Собственные фотографии Яши Кигеля

Беседовал: Леонид Кригер

В начале декабря в Израиле прошли массовые забастовки против насилия над женщинами. Мы поговорили с Яшей Кигелем, членом движения «Социалистическая борьба» — израильско-палестинской секции Комитета за Рабочий Интернационал (КРИ) — о том, как развивался этот протест и что ждать дальше.


СА: В российских СМИ очень мало говорили о том, что 4 декабря, во вторник, в Израиле прошла крупная женская забастовка. Расскажи, пожалуйста, в каких городах прошел протест, сколько людей вышло на него и самое главное — почему женщины вышли на протест.

Яша: Это был беспрецедентный протест против насилия в отношении женщин в Израиле, проходящий на фоне существенных движений за права женщин и против насилия над женщинами по всему миру. Как тебе известно, 25 ноября отмечался Международный день борьбы за ликвидацию насилия в отношении женщин — в этот день прошли значимые демонстрации во многих городах мира. В Израиле люди вышли на протест в Хайфе, Тель-Авиве и Иерусалиме.

На следующий день были найдены трупы двух девушек: 13-летняя девушка из семьи эритрейских беженцев и 16-летняя девушка, проживавшая в одном из арабских населенных пунктов Израиля. Все больше представительниц и представителей израильского общества начинают понимать, что проблема, которая уже стоит на повестке дня, не просто не решается, но усугубляется еще больше. К общественному подъему привело и то, что ведущее неолиберальную политику правое правительство Нетаньяху в прошлом году, благодаря движению против насилия по отношению к женщинам, пообещало профинансировать на сумму 250 миллионов шекелей [примерно 4,5 миллиарда рублей — Л.К.] государственный проект по предотвращению насилия в семье. Но в этом году объявили, что государство выделило на этот проект в 10 раз меньше денег. В дни, когда в Израиле проходил протест, некоторые депутаты Кнессета требовали провести проверку, чтобы понять, куда делись остальные деньги и почему они не дошли до проекта. Правительство активно противодействовало этой инициативе.

Взаимосвязь жутких убийств с одной стороны и позиции правительства с другой привела к спонтанным выступлениям в десятках различных городов и населенных пунктов, в том числе арабских, Израиля. Зародилась идея забастовки как самого эффективного метода оказания давления на правительство для того, чтобы оно изменило свою политику.

В России, в некоторых регионах Северного Кавказа, распространены так называемые «убийства чести», когда женщин убивают близкие родственники с целью «реабилитации чести семьи» в случае нарушения или подозрения в нарушении представлений о нормах сексуальной морали. В Израиле что, происходит нечто подобное?

В протесте, кстати говоря, термин «убийства чести» не использовался. Среди палестинских женщин в Израиле шла борьба за то, чтобы государство и полиция не пользовались подобной терминологией. Иногда израильский истеблишмент пользуется термином «убийство чести», подразумевая при этом: «Это не наша проблема, это не проблема израильского общества — это проблема палестинцев. У них такая культура, они себя так ведут, и мы с этим особо ничего сделать не можем». Поэтому палестинские женщины были против того, чтобы прокуратура и полиция официально пользовались термином «убийства чести» в судах. Потому что в судах этот термин использовался в том числе для того, чтобы сказать: «Да, был такой случай, но для арабской культуры это [якобы] нормально. Отец убил свою дочь, но мы должны учитывать, что вот такая у них культура». Были случаи, когда установление факта «убийства чести» становилось смягчающим обстоятельством.

Ты прав, все эти убийства происходили в семье. В Израиле в 2018 году были убиты 25 женщин — своими супругами (в том числе бывшими) либо близкими родственниками. Это происходит и в палестинских общинах, и в русскоязычных еврейских общинах, которые составляют выходцы из Советского Союза, и в других общинах. Этот феномен связан не с какой-либо культурной или религиозной особенностью, а с гендерным неравенством и дискриминацией во всех сферах, он связан и с экономическим неравенством.

Кто принял участие в забастовке: это были арабы или евреи? В протесте принимали участие только женщины, или мужчины тоже? Каков был классовый состав выступающих?

Забастовка шла на фоне жесткого разделения общества на евреев и арабов-палестинцев, на различные общины, а также на фоне расистских подстрекательств со стороны самого правительства — как против палестинцев, так и против беженцев из стран Африки.

Но, несмотря на это, десятки тысяч израильтян — как женщин, так и мужчин — откликнулись на призывы к протесту и приняли в нем участие. Демонстрации, прошедшие во вторник, уже с ранних утренних часов стали беспрецедентными по масштабу. Демонстрантки и демонстранты заблокировали дороги на въезд в Иерусалим и один из главных перекрестков Тель-Авива. После этого прошли крупные демонстрации почти во всех университетах Израиля: сотни студенток и студентов Хайфского и Тель-Авивского университетов вышли на протест. В этих протестах принимали активное участие мои товарищки и товарищи из организации «Социалистическая борьба».

Этот день завершился огромной демонстрацией на центральной площади Тель-Авива, в которой приняли участие порядка 30 000 человек. Большинство на этой демонстрации составляли женщины, но существенное число мужчин также участвовало в ней. В демонстрации участвовали как еврейки, так и арабки-палестинки. На самой сцене были женщины из разных общин, они выступали против насилия, против дискриминации. Люди аплодировали им, в том числе палестинкам и африканской беженке. Для израильского общества это немаловажно, поскольку люди противостояли той политике разделения, которое ведет Нетаньяху.

Протест в Тель-Авиве 4 декабря. Собственные фотографии Яши

Чего хотят добиться участницы и участники протеста? Каковы цели забастовки?

Эта забастовка была спонтанно организована через фейсбук, ее организовали три тель-авивские феминистки, которые получили массовый отклик со стороны людей. Но главное их требование было перевести 250 миллионов шекелей на проект по борьбе с насилием против женщин, который уже был одобрен правительством, но не профинансирован.

Однако, если посмотреть шире, то можно заметить, как люди хотят бороться с дискриминацией израильских женщин во всех сферах. Женщины зарабатывают на 30% меньше мужчин, выполняющих одну и ту же трудовую функцию, а в некоторых случаях даже работающих на одном предприятии. В самых низкооплачиваемых секторах израильской экономики женщины зачастую составляют большинство (учительницы школ, воспитательницы в детских садах и т. д.). Протест шел с одним требованием, но на фоне куда больших, коренных проблем, которые нельзя решить в рамках израильского капитализма.

К этому еще и прибавляется религиозный характер государства.

Кстати, как он сказывается на положении израильских женщин? Ведь в Израиле религиозные институты не отделены от государственных.

В израильском капиталистическом обществе теократия — это еще один фактор усугубления гендерного неравенства, и без того, к сожалению, процветающего. Главная проблема для женщин — все, что связано с правовым регулированием разводов. В Израиле нет гражданских браков, следовательно, нет и гражданских разводов. Людей может развести только религиозный суд, в которых у мужа есть легальная возможность не дать жене развод — у мужчины есть право давать или не давать согласия на развод, у женщин такого права нет. Это приводит к трагическим случаям, когда мужья не позволяют своим фактически давно бывшим женам развестись и начать новую жизнь. Естественно, подобное неравенство сказывается и на объеме прав опеки над детьми, на регулировании выплаты алиментов и на других вещах.

Летом мы с тобой говорили о ЛГБТ-забастовке 22 июля. Не оказала ли она влияние на женскую забастовку?

Безусловно, оказала. До ЛГБТ-забастовки были некоторые попытки феминистских активисток провести женскую забастовку, но подобные инициативы никогда не покидали пределов социальных сетей. С 2016 года мы можем наблюдать феномен женских и феминистских забастовок в ряде стран мира.

ЛГБТ-забастовка, прошедшая этим летом в Израиле, фактически доказала, что забастовка возможно и в этой стране, она создала прецедент забастовки по политическому вопросу. Женская забастовка связана с забастовкой ЛГБТ и тем, что на женской забастовке освещались различные виды дискриминации в обществе. После того, что несколько десятков (если не сотен) тысяч людей были готовы побороться за права ЛГБТ-людей, стало очевидно всем, что число людей, готовых выйти на протест против угнетения женщин, против домашнего насилия, против фемицида, возрастет.

Как вообще работодатели реагируют на то, что их работница не пришла или их работник не пришел во вторник на работу?

У ряда работодателей, естественно, с одной стороны руки связаны колоссальной поддержкой протеста в обществе, а с другой стороны они связаны своими базовыми классовыми интересами. Конечно, с экономической точки зрения они не заинтересованы в каких-либо забастовках, они не хотят терять прибыль, а с политической точки зрения забастовка представляет для них довольно опасный прецедент: работницы и работники уже второй раз за последние 4 месяца принимают участие в политической забастовке.

Но из-за того, что общество оказала забастовке огромную поддержку, многим корпорациям и даже государственным компаниям было трудно противодействовать осуществлению права на забастовку. Вначале многие муниципалитеты и местные советы пообещали, что работницы и работники, которые захотят участвовать в забастовке, смогут сделать это за счет работодателя, что их отсутствие на рабочем месте никак не отразится на их зарплате и количестве отпускных дней. Но потом Управление государственной службы и отдел Министерства финансов, отвечающий за зарплаты в госсекторе, заявили, что участницы и участники забастовки могут принять в ней участие, но только за свой счет — день отсутствия на работе будет вычтен из расчета отпусков. После этого ряд корпораций, в том числе крупных израильских банков (например, Банк Апоалим и Банк Бейнлеуми), изначально декларировавших свою лояльность идеям забастовки, тоже приняли подобную политику: «Отгул возможен, но за ваш счет».

Один из самых ярких примеров такой политики служит Офра Штраус — одна из богатейших женщин Израиля, которая стоит во главе корпорации Strauss. Она позиционировала себя в СМИ как феминистку, якобы полностью поддерживающую борьбу против насилия в отношении женщин. Штраус заявила: Да, в моей корпорации я даю полное право всем женщинам не приходить на работу в этот день. Разумеется, за их счет. Если половина работниц не явится на работу, это принесет компании большие убытки, а мы не можем этого позволить. Такая противоречивая позиция доказала на деле, что поддержка забастовки со стороны крупных корпораций и самого государства насквозь лицемерна. Они не могут быть частью борьбы, которая ведется против того капиталистического общества, которое они защищают.

Протест в Тель-Авиве 4 декабря. Собственные фотографии Яши

Как правительство Нетаньяху реагирует на насилие в отношении женщин и как оно отреагировало на женскую забастовку?

Сам Нетаньяху не находится в позиции, позволившей бы ему атаковать или даже подвергнуть критике забастовку. На заседании правительства, которое состоялось 5 декабря, на следующий день после забастовки, он попытался во всем обвинить министра внутренней безопасности (ему подчиняется полиция). Он снова, как и год назад, пообещал профинансировать проект по борьбе с насилием против женщин.

Я думаю, правительство надеется, что волна этого протеста схлынет. Такая опасность на сегодняшний день действительно существует. Еще в июле прошла ЛГБТ-забастовка, после которой правительство вместе со всеми министрами пытались показаться добрыми: «Мы понимаем, что в обществе есть недовольство, люди не заинтересованы в существовании дискриминационных законов, которые у нас есть». Но после того, как протест пошел на спад, фактически ничего не изменилось; неолиберальная и дискриминационная политика правительства продолжается без каких-либо изменений, несмотря на прошедший ЛГБТ-протест. Нам нельзя позволить, чтобы это произошло с женским протестом.

И традиционный мой тебе вопрос о будущем. Каковы перспективы движения против насилия в отношении женщин?

Я думаю, что будущее движения связано с борьбой против власти Нетаньяху и в других аспектах. На митинге 4 декабря мы наблюдали, что протест связан и с другими протестами против повестки дня правого правительства Нетаньяху. Со сцены скандировали лозунги, в том числе и против коррупции — это прямое отражение протестов, проходивших в начале этого года. Люди также протестовали против депортации африканских беженцев и против расистской политики нынешнего правительства.

Будущее движения будет зависеть от того, смогут ли люди связать его с другими протестами и построить широкое движение работниц, рабочих, молодежи, как евреев, так и арабов, против политики разделения, против дискриминации, против неолиберализма, смогут ли они построить новые политические силы и будут готовы бороться против нынешнего правительства, а также за более существенные изменения в обществе, которых удастся достичь только в рамках борьбы за социализм.

Движение «Социалистическая борьба» призывает:

— Продолжать организовывать демонстрации, особенно совместные демонстрации женщин и мужчин (еврейских, арабских и ищущих убежища), протеста против насилия в отношении женщин любого происхождения.

— Содействовать встречам для объяснения и обсуждения методов борьбы на рабочих местах, в университетах и школах.

— К полной мобилизации Гистадрута для борьбы с насилием в отношении женщин, в том числе, если это необходимо, к забастовкам, ведущим к парализации сфер экономики.

— Перевести необходимую сумму для Чрезвычайного плана борьбы с домашним насилием. Расширить число линий помощи, мер безопасности и шелтеров для женщин, пострадавших от насилия, и медицинских центров для мужчин, склонных к насилию. Полное государственное финансирование центров помощи жертвам сексуального насилия.

— К инвестициям в государственное жилье для женщин, переживших насилие (евреек, арабок и женщин, ищущих убежища), в рамках обширной инвестиционной программы доступного и качественного государственного жилья по всей стране.

— Прекратить приватизацию и сокращение бюджетных расходов в сфере социального обеспечения, здравоохранения и образования. За обязательную для всех школ образовательную программу по предотвращению гендерного насилия.

— К полному доступу к социальным услугам для ищущих убежища, включая, если это необходимо, программу реабилитации после выхода женщины, пострадавшей от насилия, из шелтера. К немедленному рассмотрению всех ходатайств о предоставлении убежища.

— К демократическому контролю со стороны женских и рабочих организаций над программами полиции по борьбе с насилием в отношении женщин, предоставлением разрешений на оружие и соответствующей подготовкой всего персонала, рассматривающего случаи насилия.

— Повысить Офре Штраус и другим капиталисткам и капиталистам налоги для финансирования развития социальных услуг. Передать ключевые банки и крупнейшие корпорации в государственную собственность под демократическим контролем и управлением со стороны рабочего населения.

— К организации широкой борьбы против расистского правительства Нетаньяху, представляющего интересы капитала и поселений на оккупированных территориях, и за социалистическую альтернативу.