Socialist
News




Игорь Ясин

В защиту татарского

Пора решать языковые проблемы России

Исәнмесез, хөрмәтле дуслар!Здравствуйте, дорогие друзья!

Это то немногое, что я могу сказать по-татарски сходу, без особого напряжения. К сожалению. Когда я учился в школе, преподавание татарского ещё не было обязательным. Тогда меня это устраивало, сегодня я сожалею.

Недавно на странице, связанной с сайтом КПРФ, появилась петиция «В защиту русского языка в Республике Татарстан», в которой обеспокоенная общественность призывает отменить обязательное изучение татарского в учебных заведениях Татарстана. Авторы петиции ссылаются на опыт других регионов, Конституцию, законы РФ, речи Путина, говорят об угрозе единству страны и, конечно, о духовных скрепах.

Меня текст петиции очень расстроил.

Знание языков — большое богатство и преимущество. Для обеспокоенных родителей это, думаю, очевидно — против преподавания иностранных языков, например, они ничего не имеют. Языки народов России не в таком почете. Скажем, русскоязычные семьи, проживающие в национальных республиках, редко заинтересованы в изучении языков этих республик своими детьми.

Авторы петиции, к сожалению, прибегают к манипуляциям, начиная с названия своего обращения. Русский язык относится к числу языков-гигантов, роль которого была и остается значительной не только в России, но и в мире. При этом десятки языков малых народов России (в нашей стране проживает более 190 национальностей) находятся на грани исчезновения. На том же татарском языке — втором по распространенности на территории России — говорят в 32 раза меньше человек, чем на русском. За пределами Татарстана на нем говорят в основном в сельской местности, в местах компактного проживания татар. А в самом Татарстане даже многие татары не говорят по-татарски. И это печально — с вымиранием языков утрачивается культурное многообразие и богатство. Положение татарского далеко не самое плохое, но и он нуждается в поддержке — как и 130 уязвимых по классификации ЮНЕСКО языков в России.

Однако петиция, несмотря на свою «великодержавную» направленность, вскрывает реальную проблему. Она состоит не в обязательности изучения татарского, а в провале политики защиты и развития татарского языка. Например, преподавание ведется на таком уровне, что многие русскоязычные школьники иностранные языки усваивают лучше местного татарского! В таком случае становится понятно возмущение многих родителей и самих учеников. Если толку от таких уроков нет, то впустую потраченного времени действительно жаль.

Однако качество преподавания — далеко не основная проблема. Очевидно, что необходим не бюрократический подход с тупой погоней за академическими часами и спешной подготовкой кадров. Нужна гибкая программа, направленная на то, чтобы изучение татарского было привлекательным и интересным, а знание этого языка считалось преимуществом. Для этого нужны дифференцированные программы для разных групп учащихся и мотивация к использованию языка. И пусть кто-то выберет обязательный курс-минимум, но в процессе будет заинтересован и получит необходимые знания, а при желании сможет их улучшить.

Обязаловка и формальные экзамены должны остаться в прошлом. Нужно развивать школу преподавателей татарского как неродного языка, уделить особое внимание мотивации и эффективности усвоения предмета, создать условия для всех желающих улучшить свои знания языка на любом этапе — как в учебных заведениях, так и на доступных курсах. И это требует, безусловно, вложения средств как в эту программу, так и в образование в целом. И тут чиновникам часто сказать просто нечего. Они могут только требовать и заставлять — преподавателей и учащихся, требовать бесконечных отчетов, а вот улучшать материальные условия они предпочитают только свои.

СА: Любому человеку, включая трудовых мигрантов, иностранцев и лиц без гражданства, должна быть гарантирована возможность использования родного (или любого удобного) языка в общении с властями

Проблема изучения языка — это и проблема школы и образования в целом. И поэтому настоящее решение тут может быть только системным. Образование должно быть действительно бесплатным, доступным и качественным. Для этого нужно увеличение финансирования образования и науки (например, за счет сокращения военных расходов и обобществления доходов от природных ресурсов), преподаватели должны получать высокую зарплату, студенты — достойную стипендию, школы и университеты должны быть максимально демократичными, а обучение — не репрессивным процессом, а интересным и увлекательным занятием.

С другой стороны, языковой вопрос — это вопрос политический. Во многих конфликтах в бывшем СССР и в мире именно проблема языка оказывалась в центре внимания. Правые политики и националисты с разных сторон использовали языковой вопрос в своих целях. Решить эту проблему, положить конец стравливанию на национальной (языковой) почве можно только одним способом. Все люди, вне зависимости от того, на каких языках они предпочитают говорить, должны быть равными — например, иметь возможность обращаться в госорганы на родном языке, смотреть и читать СМИ на родном языке, проводить культурные мероприятия на родном языке и так далее. Это не приведет к автономизации или разделенности людей по языковому барьеру. Напротив, настоящая политика уважения к языкам и культуре будет способствовать желанию людей взаимно узнавать культуры друг друга, сотрудничать и дальше развивать общество, способное обеспечить такое разнообразие.

Любому человеку, включая трудовых мигрантов, иностранцев и лиц без гражданства, должна быть гарантирована возможность использования родного (или любого удобного) языка в общении с властями. При необходимости любая община вправе рассчитывать на создание условий для изучения своего языка в учебных заведениях и на доступных курсах, для создания СМИ, телевизионных программ, издания книг на этом языке. Трудовые мигранты и беженцы должны иметь возможность бесплатно изучать русский (и другие языки народов РФ — например, татарский в Татарстане). Это поможет укрепить взаимопонимание и солидарность разных групп в защите общих экономических и социальных интересов, не позволит правым популистам стравливать разные группы трудящихся по национальному признаку.

В многоязычной среде без знания того или иного языка часто просто не обойтись, и знание местного языка (языков) нужно рассматривать в качестве преимущества при приеме на работу, а в ряде случаев и как обязательное условие. Однако языковой ценз не допустим при избрании на какие-либо ответственные должности. Избиратели сами решат, кто достоин их представлять.

При реализации этих требований можно достичь того уровня культурного развития, при котором представители малых народов не будут чувствовать себя ущемленными, жители многоязычных регионов будут лучше понимать друг друга, а языки и культура разных народов станут по-настоящему общим достоянием. Ни изучение, ни использование разных языков в этом случае не будут вызывать больших затруднений, а родителям школьников не придет в голову требовать отмены преподавания татарского или якутского языков. В этом состоит общественный интерес, если мы хотим преодолеть межнациональные проблемы и построить гармоничное общество высокой культуры. И для этого необходимо демократическое планирование и управление экономикой, нужно направить силы и ресурсы страны на общее социальное и культурное развитие, поставить их на службу всему обществу, а не кучке сверхбогатых.