Socialist
News




Лев Сосновский

Нет — узурпаторам!

Ни одного голоса диктатуре воров, олигархов и силовиков

То, что основной целью изменения конституции является сохранение у власти нынешней правящей камарильи, было всем очевидно с самого начала. Вопрос оставался только о формах. Во всяком случае, изначальный пакет поправок — с Госсоветом и перераспределением полномочий — предполагал все же некоторую интригу: каким именно образом Путин собрался в очередной раз «уйти не уходя»? Но рассмотрение поправок во втором чтении покончило со всеми двусмысленностями просто и незамысловато.

Точной информацией о закулисном ходе событий, конечно, могут обладать только творцы всей этой клоунады. Но похоже, что перед лицом надвигающегося вплотную нового витка мировой рецессии, когда летят к черту акции, нефтяные цены и курс рубля, самый близкий к Путину круг олигархов и высшей бюрократии пришел-таки в последний момент к решению не проводить опасных экспериментов и не менять бонапарта на переправе. Отсюда, скорее всего, и весь этот цирк с «обнулением» сроков и явлением Путина в Госдуме, где он, поупиравшись для вида, как Иван Грозный перед боярами, милостиво согласился остаться де-факто пожизненным президентом.

Конечно, остается еще получить согласия Конституционного суда, который вроде бы в 1998 году уже выносил определение, что никакого превышения «конституционного предела» сроков закон не допускает. Но кого в России волнуют такие мелочи? Ведь речь идет не о трактовке юридических норм, а о политическом, а то и физическом выживании российского режима в том виде, в каком он сложился за последние двадцать лет. Учитывая, что по обновленной конституции Конституционный суд ждет почти 50%-ное сокращение штатов (с 19 членов до 11), не будет ничего удивительного, что судьи будут наперебой соревноваться в проявлении своей лояльности действующей власти. Ведь назначаться и отстраняться от должности они будут по представлению президента.

То, что нужно было непосредственно режиму, вошло в первый список поправок, набросанный Путиным в январском послании. Вторая порция изменений (поправки к поправкам) — это просто идеологическая мешанина из проявлений правого и левого популизма, призванных подсластить разным слоям населения этот непереваримый «комплексный обед», по выражению главы ЦИКа Памфиловой. Причем, в отличие от реального столовского обеда (в котором все-таки имеется хотя бы выбор есть или не есть то или иное блюдо), положения конституции на следующий же день после плебисцита начнут насильственно впихивать всем несогласным при помощи полицейских дубинок на площадях и электрошокеров в подвалах ФСБ и центров Э.

Причем правовой механизм этого популизма донельзя прост — взять отдельные нормы из различных законов и кодексов и впихнуть в Конституцию. Скажем, то, что брак по российскому законодательству представляет собой «союз мужчины и женщины», довольно однозначно следует из статьи 12 Семейного кодекса. А то, что зарплата не может быть меньше прожиточного минимума (и даже должна индексироваться!) — это и без того было установлено в главе 21 Трудового кодекса. И если те, кто заставляет множество людей ежедневно работать за копейки, раньше не исполняли положения кодекса, думаете, их смутит переезд нормы из одного закона в другой, хотя бы и основной? Да как бы не так.

Конституция РФ давно уже перестала быть действующим законом, тем более основным. А вторая серия поправок, предшествовавшая цирку в Госдуме с разрешившим себе переизбираться Путиным, и вовсе делает ее набором проклятий и благих пожеланий, то есть на 90% носит идеологический характер. И апрельский плебисцит по сути должен увековечить и «подморозить» этот политический курс режима, ориентированный на консерватизм и мракобесие.

Поэтому по поводу пресловутой поправки к 67-й статье, про полученные от предков тысячелетние идеалы и веру в бога, сразу же вспоминаются пророческие слова Льва Троцкого о том, что реставрация капитализма будет в России происходить «с богом и со славянской вязью — словом, со всем тем, что нужно душегубам „для души“». Правда, составители поправки второпях забыли указать, какого именно бога они имели в виду. Учитывая царящие на верхах коррупцию и цинизм, возможно, того самого, про которого на долларовых бумажках написано In God we trust — выражение, которое американские остряки расшифровывают как «в этого бога мы веруем». Именно потому, что на всех крупных российских состояниях лежит печать более чем земного происхождения — растаскивания по частным лавочкам бывшей государственной собственности — режим в целом и нуждается для своего оправдания в божественной санкции. Что же касается ссылки на наследие СССР, то это — типичное поведение наследников, поторопившихся поскорее спровадить богатого родственника на тот свет, чтобы потом с шиком проматывать его состояние.

Но если левый популизм в конституции носит, как ему и положено в таких случаях, платонический характер, ибо поправки эти ограничены ссылками на будущие «федеральные законы», и, по сути, никого ни к чему не обязывают, то правый вполне себе подкреплен как идеологически, так и карательной практикой. Не хочется ванговать, но исходя из шквала абсурдных уголовных дел, направленных на запугивание политизирующихся людей, легко сделать вывод, что отрицание «божественности» нынешней власти или ее прав на советское наследие как обоснование притязаний на нынешние сферы влияния будет поводом для новых преследований из-за «посягательства на основы конституционного строя».

Будем справедливы: учитывая общую политическую ситуацию и способ проведения плебисцита — по непонятным и недемократическим правилам, в самые сжатые сроки, вне общих процедур избирательного закона, де-факто без возможности агитации против и в условиях фактического запрета на массовые акции в Москве, — режиму скорее всего удастся протащить все нужные ему изменения. Не в последнюю очередь потому, что касаются они вещей, от которых рядовые трудящиеся далеки как небо от земли и от которых, на первый взгляд, большинству не холодно и не жарко. Когда никто на верхах не отражает интересы простых трудящихся, какая разница, как там распределены полномочия.

Но это только на первый взгляд. На деле же и режим такие мелочи интересуют мало. Им нужно получить от народа даже не согласие на очередной срок Путина — дело не только в конкретной личности. Предстоящий плебисцит — это вопрос о доверии всей системе, которую если оставить, то она будет чередовать у нас на шее новых Медведевых, Сечиных и Шойгу, каждый из которых по отдельности и все они вместе будут ставленниками того же олигархата и полицейщины, отнимающей результаты труда у простых людей и делящих их среди своего окружения.

Поэтому наша задача, как социалисток и социалистов, приложить все усилия, чтобы кампания по попытке получить «одобрямс» транзита власти от Путина к Путину, какой бы она ни была короткой, превратилась для режима в такой же или даже больший кошмар, каким была для московских властей кампания по выборам в Мосгордуму 2019 года. Благо, действия нынешнего режима настолько топорны, что исчезает даже видимость их законности. Каков бы ни был результат самого плебисцита, даже победа режима может и должна оказаться пирровой. Процесс насильственного впихивания путинских поправок, даже увенчайся он успехом, должен стать очередной ступенькой в политизации и организации людей, которая в конечном счете приведет к падению режима.

Нужно концентрироваться на недоверии всей системе и всячески пытаться разъяснять людям лживость всего проекта в целом, то, что им фактически предлагается голосовать за увековечивание власти тех людей, кто только что отобрал у них несколько лет жизни, повысив пенсионный возраст, кто наживается на росте цен, кто своими безумными действиями ради кучки олигархов толкает экономику в пропасть. Нужно требовать отставки всех участников этой конституционной клоунады и агитировать за создание учредительного собрания всех слоев трудящихся и угнетенных частей общества, как единственного способа произвести действительный транзит власти — от диктатуры 1% олигархов к демократии для 99% живущих от зарплаты до зарплаты.

Голосуй «Нет», призывай голосовать «Нет», объясняй, почему голосуешь «Нет»!