Socialist
News




Лев Сосновский

Без объявления ЧП

Поможет ли трудящимся чрезвычайное положение? Фактически оно уже действует

Над завершающим пассажем из третьего обращения Путина, поданного как совещание с главами регионов, не посмеялся еще, наверно только ленивый. Но во всем остальном, кроме смешков над «половцами и печенегами» (Гитлер от обиды уже перевернулся, наверное, пару раз в своем адском котле), оно оставило большинство тех, кто его читал или слушал, в полном недоумении. «Болеть нельзя работать» — так оно выглядит, если перефразировать цитату из известной сказки. В каком месте ставить запятую предоставлено решать региональным властям и самим работодателям.

Конечно, нам в очередной раз лицемерно поведали и про важность жизни и здоровья людей, и про необходимость соблюдать на предприятиях «санитарные требования и нормы обеспечения безопасности». В очередной раз только забыли сказать, какая ответственность ждет работодателей, нарушающих эти нормы, как поступать работникам, которых заставляют работать в опасных условиях, и кто и как будет контролировать соблюдение всех этих норм. В одном лишь опубликованном Интерфаксом правительственном списке «системообразующих предприятий» мы с легкостью нашли наших «знакомых» по кампании «Вирусного профсоюза»: «Нестле», «Пепсико», «Вайлдберриз» и «Спортмастер» — всех тех, кто сокращает работников, не желая тратить свои миллиардные прибыли прошлых периодов на зарплаты в период «недокарантина». Те же компании экономят на элементарных масках и антисептиках, внушая работникам, что требования Роспотребнадзора — всего лишь рекомендации, «не имеющие обязательного характера», и заставляют людей работать без средств защиты. И они же первыми побегут — а может и уже побежали — к правительству за финансовой поддержкой из бюджета. И, что характерно, почти наверняка рано или поздно ее получат.

Медикам, чтобы не очень возмущались, кинули подачку в виде дополнительных выплат на период эпидемии. Правда, как и в прошлый раз, «забыли» сказать, что конкретно делается, чтобы обеспечить их всем необходимым оборудованием и средствами защиты. Равно как и забыли предусмотреть механизм контроля, чтобы обещанные выплаты действительно дошли до того медперсонала, который реально работает с больными, а не осели где-нибудь на уровне главврачей и региональных чиновников.

Цинизм российского режима в очередной раз показал себя во всей красе. Число заболевших достигает 600 в день — вводим на неделю режим «нерабочих, невыходных и непраздничных дней». Поднимается до 800 — продляем режим до конца месяца. Зашкаливает за полторы тысячи — «нужно создать все условия для того, чтобы компании, организации, предприниматели возвращались в нормальный график работы».

Москва вводит с понедельника пропускной режим? Плевать! Лепите пропуска на лоб, плебеи, и марш к компьютерам, станкам и за прилавки. Наши прибыли, наши счета в банках, наши самолеты, дворцы, машины и яхты под угрозой — «важно минимизировать кризисные явления, смягчить удар для бизнеса» а потому «нельзя останавливать экономику и массово ограничивать работу предприятий».

Вопросы здоровья и жизни людей вошли в очевидное противоречие с аппетитами капиталистов. И когда последние наперебой заголосили про падение прибылей и угрозу своим карманам, российский бонапарт поступил как все его собратья в похожих ситуациях. Сделав словесный реверанс в пользу низших классов, то есть на словах разрешив им до конца месяца не работать, на деле дал высшим классам и их чиновничьей обслуге полный карт-бланш, чтобы угрозами увольнения и потери средств к существованию заставить своих работников выйти на работу.

Однако введение нынешнего странного положения, когда центральная власть максимально скидывает с себя ответственность на регионы, одновременно же рушит (по крайней мере на время) и всю хваленую «вертикаль власти». Она на ходу превращается в конгломерат «горизонталей», конкурирующих друг с другом и с центральной властью за влияние и ресурсы.

Ленин когда-то определял диктатуру как «власть, опирающуюся непосредственно на насилие и не связанную никакими законами». И нам уже показали лицо этой диктатуры. «Глубинное государство», о котором вещал отправленный ныне в отставку Сурков, стремительно выпирает на поверхность. Нынешний режим не предусмотрен никакими законами, но он есть и действует. И все миллионы работников, которым ради собственного выживания придется выходить на работу в период этого «нерабочего и невыходного недокарантина» разом оказались — или еще окажутся — в «серой зоне». Нечто подобное заслуженный юрист Третьего рейха Карл Шмитт называл «чрезвычайным положением», моментом, когда власть отменяет действие законов и создает разрыв в применении буржуазного права: теперь это официально не «общее и равное право для всех», каким его представляют идеологи свободного рынка, и к какому раньше лицемерно апеллировало путинское государство, порицая «двойные стандарты», а открытая диктатура правящего класса над всеми остальными классами и прослойками. Сегодняшняя политика российских властей, хотя, конечно, не является фашистской, — но, скатываясь в кризис, они пытаются реализовать именно такое «ЧП по Шмитту». Суть их действий состоит в том, чтобы нагрузить трудящихся всеми тяжестями чрезвычайного положения, всеми полицейскими ограничениями и штрафами, в то же время не давая предусмотренных законом гарантий.

Прикрываясь эпидемией и чрезвычайными мерами, даже многие крупные компании уже начали исподволь готовиться к развертыванию кризиса, который неизбежно накатит после эпидемии. Вводятся сокращенные рабочие недели с пропорциональным сокращением зарплаты, под нож идут бонусы, «серая» и «премиальная» часть зарплат. Цензура и полицейщина, мешающие и без того разобщенным работникам объединяться, еще более облегчают эту операцию.

Однако, вопреки широко распространенному мнению, и режим чрезвычайного положения (ЧП), на который многие смотрят как на спасение, сам по себе вряд ли принесет серьезное облегчение трудящимся. Государство вовсе не обязано, как это многим кажется, брать на себя все расходы по выплате простым работникам заработной платы в период чрезвычайного положения. Никаких специальных указаний на это в российском законе о ЧП нет. Говорится там только о неких «социальных выплатах и компенсациях», размер которых должно определять правительство. Правительство же уже достаточно показало, кого оно будет спасать в реальности — как и президент, назвавший повышение пособия по безработице до умопомрачительных 12 130 рублей антикризисной мерой для работающих россиян.

Режим чрезвычайного положения нужен не столько трудящимся, сколько мелкому и среднему бизнесу, потому что ЧП практически со 100% гарантией может быть признано «форс-мажором», то есть чрезвычайными обстоятельствами, которые могут освободить их на период действия ЧП от штрафов за невыполнение договоров, платежей по аренде и по кредитам. И именно поэтому с его официальным введением будут тянуть до последнего, ведь иначе пострадают банки и крупные арендодатели, вроде владельцев торговых центров и прочей дорогой коммерческой недвижимости — то есть люди, в большинстве своем так или иначе приближенные к власти и весьма существенно могущие влиять на ситуацию.

По мере того, как все больше становится ясно, что правительство действует под диктовку крупного бизнеса, работникам остается одно — объединяться и бороться за свое здоровье, зарплаты и рабочие места. Полицейскими мерами можно какое-то время сдерживать взрыв недовольства, но предотвратить его нельзя, особенно когда страх голода начнет пересиливать боязнь коронавируса.

И тогда все больше и больше будет расти ощущение того, что нам нужно такое правительство, которое будет советоваться с трудящимися, а не с боссами. Где меры борьбы с эпидемией будут диктовать медики-вирусологи, а не генералы ФСБ, полуграмотные сенаторы и «эффективные менеджеры». Где перечень «жизненно необходимых предприятий» и занятого на них персонала будут определять комитеты работников и местных жителей, а не банкиры и олигархи.

— Государственная помощь — только предприятиям, открывающим свои счета для профсоюзного и рабочего контроля;

— Сокращение рабочего времени — без потерь в зарплате;

— Национализация под рабочим контролем всех предприятий, нарушающих права работников на безопасный труд или проводящих сокращения под предлогом эпидемии и кризиса;

— Национализация банков под общественным контролем и списание всех долгов по кредитам и ипотекам для трудящихся и мелкого бизнеса, пострадавших от кризиса и карантина.

Победить эпидемию и кризис сегодня можно только победив олигархию с ее чиновничеством и полицейщиной, всей тяжестью ложащимися на людей, живущих от зарплаты до зарплаты. Мы не хотим умирать из-за их жадности!