Socialist
News




Лев Сосновский

Путин отменяет недокарантин

Количество зараженных растет, рабочий класс продолжает работать в небезопасных условиях

Очередное выступление Путина, посвященное «перезапуску» экономики после «нерабочих, невыходных и непраздничных дней» недокарантина, если что и показало, то только полный провал попыток властей сдержать распространение эпидемии. Показательно, что за этот период коронавирус умудрились подцепить главврач московской инфекционной больницы, специально построенной для борьбы с вирусом, премьер Мишустин и даже пресс-секретарь Путина Песков.

Хваленая вертикаль власти устами Путина 11 мая просто расписалась в своем бессилии, особенно когда он во всеуслышание был вынужден признать, что даже введенные его указам выплаты врачам получило менее половины тех медиков, кому они причитались, хотя средства на это и были направлены в регионы. Отбросим всю путинскую риторику и посмотрим на голые факты: если, например, 23 марта, накануне введения путинского недокарантина прирост числа заболевших составил 438 человек в день, то 12 мая, на момент официальной отмены этого режима, — 10 899. Ежедневный прирост числа заболевших увеличился без малого в 25 раз. Такова эффективность правительственных попыток «затормозить развитие эпидемии», выраженная в сухих цифрах.

Но в таком приросте нет ничего удивительного — ведь уже в самом начале этого странного режима поступали сообщения, что работу продолжали около 64% предприятий. С 12-го же мая всю ответственность окончательно свалили на регионы. Именно так стоит читать первый пункт путинского указа, возлагающий на субъекты федерации «определение ... территорий, на которых в случае необходимости может быть продлено действие ограничительных мер» и «установление особого порядка передвижения». Московский мэр, например, уже продлил действие всех ограничительных мер до 31 мая.

Насколько бездарны объяснения Путина, видно, например, из вот это пассажа в его выступлении: «начиная с 12 мая везде, где это возможно, необходимо создать условия для восстановления деятельности предприятий базовых отраслей экономики, а это строительство, промышленность, сельское хозяйство, связь, энергетика, добыча полезных ископаемых. Здесь занято значительное количество работников, и работа для них — это зарплата, благополучие семьи. И что очень важно, деятельность таких предприятий не связана с необходимостью прямого контакта с потребителями, а значит, есть возможность возобновления работы с низкими рисками». Но ведь риск заражения связан не только с контактом с потребителями, но и со скученностью работников на производстве, в «бытовках» и на проходных, которая на стройках, в промышленных предприятиях и даже в энергетике достаточно высока. И достаточно одного заразившегося по дороге на работу для новых и новых вспышек. Вспомним хотя бы истории с массовыми заражениями на стройке в Мурманской области и на знаменитом теперь Чаяндинском месторождении в Якутии, где вся история с заболевшими рабочими вышла наружу только благодаря их массовым протестам.

Фактически, не добившись успеха в сдерживании эпидемии, власти еще и подхлестнули своими действиями нарастание экономического кризиса, и сейчас не знают, как с минимальными потерями выйти из создавшегося положения. Именно об этом говорят заклинания Путина о том, что «все мы заинтересованы в том, чтобы экономика быстрее возвращалась в привычный, нормальный ритм» — и это когда во многих регионах эпидемия еще даже не достигла пика! Столь же понятно, что эпидемия сейчас используется еще и как повод, чтобы свалить на нее ответственность за кризис, как вину за спад в 2014 году свалили на санкции, чтобы «объективными» факторами прикрыть провальную политику властей. Расхлебывать же это все в очередной раз придется рядовым работникам и работницам, которым придется ходить на работу в условиях полицейщины и под постоянной угрозой либо заразиться, либо лишиться работы и/или зарплаты, или же все это вместе взятое.

Путин в своем выступлении сказал о двукратном росте числа безработных за один только апрель. Откуда же взялся такой рост, когда успели уволить столько людей, если весь апрель был объявлен «нерабочим с сохранением заработной платы»? Эти слова президента — только лишнее подтверждение того, что большинство работодателей просто плевать хотели на его указы и принялись бороться с кризисом — а попросту говоря, спасать свои капиталы — самыми простыми мерами: урезая зарплаты и сокращая работников. Тем более, что в реальности российская власть решила приберечь свои финансовые резервы для приближенных олигархов, оставив всех остальных спасаться самостоятельно, после чего обещанное «сохранение зарплаты», как и следовало ожидать, осталось на бумаге, а работники оказались отданы на произвол работодателей. И действительное число пострадавших от «закрытия экономики», как и от вируса, наверняка намного больше, чем сообщает официальная статистика. Тем более, что введенная властями полицейщина сильнее мешает работникам организовываться и бороться за свои права, чем работодателям — увольнять людей и сокращать зарплаты.

Что сейчас творится сейчас в головах у людей, легко увидеть хотя бы по комментариям в соцсетях под новостями о проделении ограничительного режима в Москве:

«Завтра Собянин заставит нас надеть ОЗК (общевойсковой защитный костюм — прим.ред.) и сидеть под кроватями. На выход из-под кровати нужен будет цифровой пропуск. А то вирусы кругом».

«Мало того что большинство в Москве еле сводят концы даже если 50 зарплата этого мало все дорого а у нас 30 не у всех а пенсионеры и того меньше... Он не о людях думает а показателях, а за каждым человек».

«Маразмом не назовешь... Издевательство — вернее будет. Как же можно столько времени жить без средств и без еды??? Подскажите народу, градоначальник!!!».

«Он в другой реальности, он решает свои задачи, он народ не слышит, не уважает и ненавидит. Это новый фашизм — пропуска, штрафы, ограничение свобод. Это гестаповские методы, беззаконие, возведенное в ранг закона».

«Выход простой,.... Как в 1917».

И когда этот непрерывно нарастающий коллективный когнитивный диссонанс выльется в конкретные политические выводы и действия — только вопрос времени.