Socialist
News




Александр Шурман и Самсон Ларин

Бизнес и шоу: первый тур

Президентская гонка в Украине и победа кандидата против «истеблишмента»

Вчера в Украине прошел первый тур президентских выборов. По результатам экзит-поллов во втором туре за президентский пост будут вести борьбу Владимир Зеленский (30,4% голосов после обработки 70% бюллетеней) и действующий президент Петр Порошенко, получивший 16,2%.

Начать анализ предварительных итогов первого тура стоит с насыщенной эмоциями и компроматами предвыборной кампании, в которой участвовало 44 политика (в итоге зарегистрированы ЦИКом и не сняли свои кандидатуры 39 из них). Она стала знаковой для Украины и отразила, как в кривом зеркале, состояние украинского общества и особенно правящего класса.

Начало президентской кампании было положено чуть ли не за два года до её официального старта. Уже с 2016 года мысли всех политологов, социологов и политических журналистов были заняты будущими выборами. Особенно активно шли поиски «новых лиц». Кризис всего украинского «истеблишмента» и существование сильного запроса на кого-то нового подтверждались социологическими опросами. В них с завидным постоянством включались совершенно разные потенциальные кандидаты в президенты из хоть сколько-нибудь заметных в информационном пространстве лиц. Результаты этих опросов стабильно давали новичкам 5-10% симпатий при сравнимых рейтингах у лидеров крупнейших политических сил.

Таким образом уже несколько лет внимание общества фокусируется (в том числе путем манипуляций при составлении опросов и публикаций в СМИ по их итогам) фокусируется на спекуляциях вроде «а кого бы еще нам попробовать в президенты». Некоторые публичные личности только от журналистов узнавали, что они стали «кандидатами в президенты» в опросах. Наиболее яркими из новых лиц, предлагаемых населению, стали Надежда Савченко, Михаил Саакашвили, Святослав Вакарчук и Владимир Зеленский. Как видно по первым двум, украинские власти не сидели без дела и максимально старались потенциальных конкурентов выдавить ещё до официального признания президентских амбиций. Последнего же, похоже, нынешняя власть «просмотрела», не поверив в реальность выдвижения или значимого успеха.

Демократия для богатых: рекламный бюджет важнее программы

Уже летом 2018 года активно началась политическая реклама Юлии Тимошенко и Петра Порошенко. Они воспользовались большими кошельками своих спонсоров и тем, что до официального старта предвыборной кампании средства можно тратить бесконтрольно, в неограниченных количествах и от скрытых источников.

Важнейшим фактором, влияющим на настроение избирателей, стал телевизор. Активная, почти агрессивная поддержка комика и бизнесмена Зеленского самым популярным каналом страны «1+1» (владелец — олигарх Игорь Коломойский) сыграла основную роль в росте его рейтингов. Относительный успех лидера пророссийских сил из бывшей «Партии регионов» Юрия Бойко (11,5% после обработки 65% бюллетеней, четвертое место из 39 кандидатов) связан исключительно с активной пропагандой на втором по популярности канале, «Интере» (владелец — газовый олигарх Дмитрий Фирташ). В течение кампании Бойко уверенно обошел более популярных пророссийских кандидатов, Рабиновича и Вилкула, за которыми также стояли «свои» телеканалы, но поменьше.

В эту президентскую гонку как никогда показали своё влияние на настроения социологические опросы. Владимира Зеленского не воспринимали как серьезного кандидата, но многие переменили своё мнение как только увидели рост его рейтингов. Аналогичная ситуация с действующим президентом: при рейтингах лета-2018, которые давали ему только 6-10 место, он поднялся на уверенное второе место по результатам первого тура. Постепенный рост рейтинга Порошенко (медленно, но верно происходивший благодаря огромному бюджету), отразился в широко публиковавшихся соцопросах и убедил часть его потенциальных сторонников в том, что признаваться в симпатиях к действующей власти не стыдно.

Зависимость от бюджетов повлияла и на бывших фаворитов гонки. Стоило рейтингам Анатолия Гриценко (бывший министр обороны, активно выступавший за запрет коммунистической идеологии в 2014-м) и правого популиста Олега Ляшко пойти на снижение под влиянием роста популярности Зеленского, как спонсоры от них отказались. Штабы кандидатов, чьи предвыборные кампании основаны на договоренностях с крупным бизнесом, а не на массовой мобилизации сторонников, оказались почти парализованы и о борьбе за выход во второй тур уже речи не шло.

Столь прямая зависимость результата на выборах от количества материальных ресурсов особенно очевидна в странах со слабой буржуазной демократией. Не желая работать с избирателями на укрепление поддержки своей программы, кандидаты и их спонсоры рассчитывают почти исключительно на платную рекламу и присутствие кандидата в медиа. В этом смысле движение Украины в ЕС, к странам с более развитыми буржуазными демократиями — в которых зависимость кандидатов от спонсоров лучше прикрыта более интенсивным взаимодействием с избирателями, — действительно находится в самом начале. Тем очевиднее украинцам, что в условиях капитализма демократия всегда будет в интересах и под контролем богатых.

Действующая власть проморгала Зеленского, хотя украинцы исторически голосуют против элиты

За исключением 2000 года большинство украинцев на президентских выборах голосовало против действующей власти. Но одними выборами невозможно изменить правящий класс, и тем более экономическую основу общества. Поэтому каждый раз экономическая система сохранялась почти без изменений, вопреки политической турбулентности и многочисленным изменениям конституции, которые каждой новой властью объявлялись коренным преобразованием.

И на этот раз кампания началась с огромных (свыше 50%) антирейтингов текущего президента и мизерных, не более 15%, рейтингов остальных кандидатов. Естественным образом это направило агитацию всех кандидатов, кроме нынешнего президента, в русло «мы не власть». Все начали наперебой доказывать, насколько сильно они не Порошенко. Такой подход, принятый на вооружение системными и карликовыми популистами, сыграл с ними злую шутку. К концу кампании по всем опросам украинцы больше всего симпатизировали кандидату без политического опыта, который прославился высмеиванием нынешних политиков. Системным оппозиционерам пришлось вилять, одновременно и ругая власть, и доказывая, что в то же время без опыта в государственном управлении — никак.

Предвыборная риторика менялась и у действующего президента. От консервативно-националистического лозунга «Армия! Вера! Язык!» и противостояния Юлии Тимошенко команда президента перешла к тезисам, похожим на риторику Путина: «Кандидатов много — президент один». Это очевидная переориентировка на борьбу с симпатиями к Зеленскому с ключевым смыслом: «все оппоненты — шуты и клоуны, лишь Порошенко делает реальные дела». Сразу после оглашения предварительных результатов первого тура действующий президент подтвердил этот политтехнологический разворот: «Мы должны сохранить санкции как мощную мотивацию для РФ принимать участие в переговорах [по ситуации на юго-востоке Украины], — заявил Порошенко на пресс-конференции. — И представлять РФ будет не Максим Галкин, и не Евгений Петросян. А так, чтобы вы знали на всякий случай, представлять Россию будет Путин... Через три часа будет 1 апреля — День смеха. Посмеемся, и хватит. Со 2 апреля решительно двигаемся вперед».

Ещё одним важным заимствованием из российского политического опыта стал отказ от дебатов. Никто из тройки лидеров опросов в дебатах участвовать не стал, все ограничили своё общение с журналистами заранее подготовленными интервью. Торговля смыслами всё более уступает торговле лицами.

Тем не менее, опыт Зеленского как комика и шоумена, который получает презрительную оценку из уст Порошенко, вовсе не означает, что ко второму туру избиратели уже «посмеются» и скажут «хватит». Популистское «Движение пяти звезд» в Италии началось с политических бенефисов известного комика Беппе Грилло, и именно резкая антиэлитарная критика в сочетании с иллюзией «народности» требований привела к тому, что результат «Движения» на последних выборах смогла превзойти только коалиция из аж четырех других партий.

Воспринимать победителя первого тура выборов исключительно как шоумена — неверно. Зеленский не только связан деловыми отношениями с олигархом Коломойским, но и сам себе бизнесмен. В частности, он владеет (полностью или в долях) рядом компаний, производящих контент для телевидения, получает исчисляемый в миллионах гривен доход от телевизионных прав, а также был генеральным продюсером и членом правления телеканала «Интер» в начале 2010-х, что стало для него явно неоценимым опытом с точки зрения режиссирования собственной избирательной кампании. Семья возможного будущего президента Украины владеет недвижимостью в Латвии и снимает две квартиры в Лондоне. Владимир Зеленский, какие симпатии он бы ни вызывал на личном уровне, неразрывно связан с нынешним украинским правящим классом, его «бедами» и материальным положением. Едва ли можно ожидать, что в принципиальных вопросах он будет отстаивать интересы рабочего класса против интересов крупного бизнеса.

Спад низовой политики заканчивает эпоху турбулентности

Многие оппозиционные кандидаты постарались создать иллюзию общения с избирателями и вовлечения их в политику. Подавалось это как намерение «не давать пустых обещаний» — мол, напишите сами, что хотите, чтобы сделал президент. Тимошенко таким образом пыталась создавать комитеты по подготовке референдума, дискуссионные клубы по обсуждению программы и кампанию по борьбе с ростом тарифов. Зеленский напрямую предложил пользователям интернета написать программу за него.

Однако важной (и ожидаемой) особенностью этих выборов стал спад низовой активности в поддержку политиков. За кандидатами не выстроились многочисленные движения, и даже Зеленский, чья команда старалась соответствовать имиджу «народного» кандидата и действовать в этом направлении, не смог создать реального движения в свою защиту.

Отсутствие активной поддержки со стороны общества и корреляция популярности с размерами рекламных бюджетов сделали кандидатов на этих выборах особенно зависимыми от своих спонсоров. Не было идеологических кандидатов и партий, как это было раньше. Ни националисты, ни коммунисты, ни социалисты, ни «пророссийские», ни «проукраинские» не смогли навязать идеологическую повестку этим выборам. Особенно важным сигналом в этом плане стал результат единого кандидата от националистов Руслана Кошулинского. Различные националистические движения (в том числе сосредоточенные на уличном активизме, вроде С14), впервые смогли объединить усилия на выборах, но такой подход только размыл их идеологическую базу, и итоговый процент оказался чуть ли не минимальным для националистов за всё время — около 1,7% голосов.

Эти выборы явно показали, что времена политического подъема прошли. Профессиональные либеральные активисты, запомнившиеся во время Майдана, куплены, распределены между крупными политическими силами и переварены. Создавшие себе имя на борьбе с коррупцией во времена Януковича журналисты сами успели влезть в коррупционные скандалы. Следующий подъем, когда он начнется, уже будет новым явлением, а не продолжением 2014 года.

Рабочий класс Украины застрял в борьбе за выживание: его серьезно подкосили неолиберальные реформы и рост цен, которые правящий класс объясняет то движением в сторону ЕС, то войной. Самые активные работники, работницы и мелкие предприниматели воспользовались открывшимся окном возможностей в Европе, но это означает лишь то, что Украина становится еще более активным поставщиком дешевой рабочей силы в более развитые, но стагнирующие экономики. Примеры молдавских и отчасти беларуских рабочих и работниц показывают: при том, что уровень жизни трудовых мигрантов несколько выше относительно уровня жизни на родине, едва ли большинство из уехавших добиваются хороших условий труда и высокооплачиваемой работы. Так или иначе, объективные обстоятельства в Украине пока сдерживают стихийный, неорганизованный протест такого типа, какой мы видели ранее.

Любопытная деталь: в эту предвыборную кампанию, согласно общемировым трендам, команды кандидатов особенно интенсивно работали с интернетом. Однако не похоже, что политическая реакция интернет-аудитории смогла сильно повлиять на настроения в целом. Скорее, интернет закрепил то, что и так было достигнуто телевизором, а также способствовал донесению черного пиара и компроматов до молодого зрителя, который не видел их по теленовостям. Эту «пассивность» интернет-юзеров можно расценивать как еще один из симптомов отката массовой политики назад — в момент последнего подъема значительная часть мобилизации на протест шла именно посредством сети.

Повестка кандидатов: популизм в социальных вопросах и открытое лоббирование интересов спонсоров

Особенностью предвыборной кампании, неожиданной для многих в России, стали предвыборные лозунги и навязываемая повестка. Внешнеполитическая тема не стала главной в обещаниях политиков. Наиболее вероятно это связано с тем, что сказать по существу по ней нечего. Большинство политиков ограничилось заявлением, что выступают «за мир». Все призывают вернуться к обсуждениям в рамках будапештского меморандума и решать вопрос с Россией дипломатически. Единственное разнообразие по вопросам внешней политики проявилось в вопросе НАТО и ЕС: надо ли проводить референдум о направлении движения страны.

Вместо прежнего противостояния «Запад — Восток», судя по всему, больше утверждается противостояние по линии «Реформировать дальше — Вернуться к 2013-му», поэтому вопросы культурные и внешнеполитические уступили место вопросам социальных реформ и их откату назад. Так, например, мало поднималась тема языка, хотя сейчас в парламенте закон о языке — наиболее горячий, по нему направлено около 2 тысяч поправок, которые Верховный совет рассматривает уже несколько недель. (Более того, никто на этих выборах не поднимал ксенофобские и антимигрантские вопросы, несмотря даже на попытки со стороны некоторых журналистов раздуть антицыганскую тему.)

Гораздо более острыми стали темы социальные. Чем ближе дело шло к дате выборов, тем подробнее и активнее они поднимались. В первую очередь речь шла о коммунальных тарифах. Оппозиционные кандидаты наперегонки соревновались, кто пообещает большее понижение цен на газ: в 2 раза, в 4 раза, в 16 (!) раз.

Во-вторых, громко звучала тема реформы медицины и сферы образования. Проводимая реформа здравоохранения задела очень много сплетенных ранее интересов, поэтому к её отмене призывают совершенно разные силы. При том, что суть реформы сводится к иному распределению средств внутри минздрава, и непосредственно граждан изменения касаются мало, такая борьба вокруг нее становится дополнительным индикатором того, чьи именно интересы для кандидатов приоритетны.

Третья важная тема, мало интересующая обычного избирателя, но очень важная для спонсоров кандидатов — это налоговое законодательство. Здесь, как ни странно, наиболее радикальным показался Петр Порошенко, предложивший заменить налог на прибыль налогом на вывезенный капитал.

При внешней социальной ориентированности пропаганды большинства кандидатов, их реальные экономические программы были очень похожи. Можно говорить о том, что под лево-популистскими лозунгами практически все протаскивают одинаковую правую экономическую политику, направленную на приватизацию, привлечение западного капитала на максимально выгодных ему условиях, которые будут созданы путем ослабления трудового законодательства и снижения налогов на бизнес за счет работников этого бизнеса.

Разочарование публичной политикой

Эта предвыборная кампания стала одной из самых грязных в украинской истории: фальсификации, грязные приемы, подкупы, борьба компроматов. Как яркий пример грязной борьбы можно привести кандидата Юрия Владимировича Тимошенко, который явно был поставлен для отвлечения голосов от Юлии Владимировны Тимошенко (в итоге получил около 0,6%). Штаб самой Юлии Владимировны оскандалился еще больше, когда попробовал подкупить Юрия Тимошенко за примерно 2 млн. евро, чтобы тот снял свою кандидатуру.

Компроматы к выборам готовились не один год. Против Порошенко выставлены обвинения в теневой торговле оружием с Россией в 2014-2015 годах. Против Тимошенко — доказательства её работы на олигархов, против Зеленского — наличие кипрских офшоров, кинокомпании в России, скрытой виллы в Италии по соседству с российскими бизнесменами.

Но эти компроматы не подействовали. Заметного снижения рейтингов после их публикации не произошло. Похоже, что избиратель уже заранее разочарован во всех кандидатах, а голосовать пойдёт скорее против других кандидатов, чем за своего.

Неожиданностью голосования стал высокий (6%) результат Игоря Смешко. Генерал-лейтенант, глава СБУ перед и во время Оранжевой революции, построил свою агитацию на образе генерала-спасителя и сравнении себя с Вашингтоном, Черчиллем, де Голлем, Маннергеймом. Странно, что не вспомнил при этом Пиночета. То, что его результат не предсказал ни один социологический опрос, может свидетельствовать о возможной скрытой, не высказываемой публично, мечте части украинцев о сильной руке, которая сметет надоевших политиканов. И такие настроения могут только усилиться после почти неизбежного разочарования во Владимире Зеленском, если он победит.

Можно говорить о том, что публичная политика в Украине окончательно потеряла поддержку трудящихся. Несмотря на достаточно высокую явку (62% — больше, чем на пост-майданных выборах 2014 года), выборы скорее воспринимаются как инструмент демонстрации недовольства элитами, а не как способ поддержать ту или иную программу. Социалистам и социалисткам, не имеющим денежной поддержки от бизнеса, широкого доступа к телевидению и печати, не стоит рассчитывать в ближайшие годы на политические успехи на общенациональных выборах, тем более, что программа социалистических преобразований рискует утонуть в море популистских лозунгов прокапиталистических кандидатов. Необходимо завоевать поддержку со стороны молодого рабочего класса, заинтересованного строить долгосрочную массовую кампанию вокруг выборов и финансировать временем и деньгами борьбу против правящего класса, капитализма и войны.

К тому же открывается окно низовой политики, которую постепенно сдают и либералы, и радикальные правые. Успех на этих выборах кандидата, которого воспринимают как противостоящего элитам, доказывает в очередной раз, что в целом украинцы могут довериться политике, которая не связана с прошлым негативным опытом. И такая политика, а не её иллюзия, может появиться только снизу, на уровне самоорганизации и солидарных действий недовольного рабочего класса. Тем более, что время давления ультраправой риторики проходит.

При любом исходе второго тура (который намечен на 21 апреля), украинские трудящиеся получат президента, связанного с бизнес-элитами. Они получат все ту же неуверенность в завтрашнем дне, неспособность вести самостоятельную политику меж двух империалистических соседей — ЕС и России, которая будет означать нестабильность в экономическом росте, низкие зарплаты и уровень жизни, ползучую коммерциализацию медицины и образования, бесконечный цирк в «официальной» политике. При этом ни националистические, ни либертарианские проекты не способны предложить выхода.

Рабочий класс, все, живущие от зарплаты до зарплаты, могут рассчитывать только на собственную организацию, неподконтрольную крупному бизнесу и популистам, предлагающим простые ответы. Везде и всюду солидарность и понимание, что работницам и работникам нечего делить друг с другом (и скоро будет нечего терять!) определяет, будет ли возможность развернуть политику в сторону интересов 99% общества. Такой разворот возможен только при наличии массовой коллективно управляемой организации рабочего класса, которая примет на вооружение программу борьбы за демократический социализм: за национализацию крупнейших секторов экономики под контролем трудовых коллективов и переход к демократической плановой экономике. Тогда сутью политики будет выбор работницами и работниками партии, которая представит план, наиболее удовлетворяющий нынешние потребности и представления о будущем, а устраненное неравенство не позволит узурпировать власть небольшой группе сверхбогатых. Апатия и деморализация после Евромайдана — очередной политической революции, произошедшей в интересах богатых, — может закончиться только с решительными действиями рабочего класса, объединившегося на рабочих местах, в вузах и колледжах, ради борьбы за своё будущее, а не в ожидании исполнения очередных обещаний политиков.