Socialist
News




Игорь Ясин

Карабах: война за Тёмнолесье

От краткого экскурса в историю конфликта до конкретных шагов по его решению

18 апреля 2016

В Нагорном Карабахе потрясающая природа. Горы покрыты темными лесами, поэтому, говорят, и получила эта местность своё название — Карабах, что по-азербайджански значит «черный сад». Есть в этом названии и какой-то трагический символизм. История и, увы, настоящее этого края — настоящий тёмный лес для многих живущих рядом, место, где погибают люди, льется кровь, и никто не может толком объяснить — почему и зачем?

История конфликта насчитывает десятки, а может быть и сотни лет. Мы не будем много говорить об этом, и тем более пускаться в рассуждения о некой «исторической справедливости», к которой любят апеллировать политические проходимцы или просто недалекие люди. Нас волнует лишь конкретная социальная справедливость и благополучие живых людей, к какой бы национальности они не принадлежали.

Армяне и тюрки жили на этой земле веками. Были тут и армянские княжества, и тюркские ханства, а после развала Российской империи появилась небольшая автономная область в рамках Азербайджанской ССР. Основную часть населения составляли армяне. Причины создания НКАОНагорно-Карабахская автономная область не до конца ясны, потому что был и другой план — присоединить Нагорный Карабах к Армении; однако как бы то ни было, десятки лет карабахцы — армяне, азербайджанцы и другие — жили вполне мирно в таких административных границах. В конце 1980-ых этому пришел конец.

Гандзасар — действующий монастырь Армянской апостольской церкви. Расположен на левом берегу реки Хачен, близ деревни Ванк в Нагорном Карабахе.

Национальные конфликты на окраинах СССР стали одним из элементов начавшегося процесса распада, и с другой стороны — одним из тяжелейших политических и гуманитарных последствий этого распада. До окончательного развала Советского Союза властям ещё удавалось сдерживать ситуацию от открытого вооруженного конфликта, но они уже не могли остановить погромы и многочисленные стычки на национальной почве, тем более что местные власти это даже поощряли. Ещё при существовании СССР практически завершился исход азербайджанцев из Армении и армян — из Азербайджана. Оставался только смешанный по составу Нагорный Карабах.

В наследство от почившего Союза Азербайджан и Армения получили разные доли военной техники: первый — побольше, вторая — поменьше. Карабах не получил практически ничего. Тем не менее, в войне, которая длилась два с половиной годаКарабахская война началась 1 января 1992 года и закончилась 12 мая 1994 года., Баку потерял контроль не только над территорией НКАО, но и над ещё семью районами, прилегающими к Карабаху с запада и юга.

Точных данных о потерях сторон нет, но речь, судя по всему, идет о тысячах погибших с обеих сторон. По некоторым данным, общее количество погибших достигло тридцати тысяч человек. До войны на территории нынешнего Карабаха проживали не менее 50 тысяч азербайджанцев. В некоторых поселках и районах — например, в Шуше — они составляли большинство. Все они были убиты или были изгнаны, стали беженцами. (Хотя нет, не все: по данным за 2005 год в НКРНагорно-Карабахская республика проживали 6 азербайджанцев — двое мужчин и четыре женщины). Сейчас под контролем Карабаха много сел и городов-призраков — пустых, разрушенных.

Три страны: 20 лет спустя

Больше 20 лет конфликт был заморожен, и на переговорах с мертвой точки дело не сдвинулось. Жизнь в трех странах и в регионе в целом с тех пор сильно изменилась, и лишь положение Нагорного Карабаха осталось прежним — формально его не признала даже Армения.

Война обошлась маленькому Карабаху, по некоторым данным, потерями в миллиарды долларов, тогда как ежегодный ВВП этой области в лучшие времена исчислялся лишь сотнями миллионов. Заморозка конфликта на 20 лет означала, что значительные средства ежегодно должны были идти на оборону и строительство фортификационных сооружений. Международная изоляция означала, что карабахцы могли торговать с внешним миром только через Армению, да и торговать особо было нечем: большую часть экономики Карабаха составляет сельское хозяйство. Несколько лет назад в Степанакерте даже появился аэропорт, но ни один самолет так и не приземлился там, потому что Баку угрожает сбивать такие самолеты. В последние годы экономика росла во многом благодаря армянской диаспоре, однако эскалация конфликта угрожает перечеркнуть и этот хрупкий рост.

Фото из англоязычного проекта The Karabakh Conversation: Жанна Гаспарян, уроженка Карабаха и её дети, в том числе приёмные. На плакате-лопатке надпись: Мир всем армянам в мире и мир всему миру. Нет войне! Нет террору!

С другой стороны, богатый углеводородами Азербайджан в последние годы бурно рос и развивался. И превратился в наследную республику Алиевых. «Панамские документы» недавно открыли, что дочери, жена и сестра президента Ильхама Алиева владеют значительными долями офшорной компании, владеющей золотыми рудниками и прочими активами. По сравнению с соседними Грузией и Арменией режим в Азербайджане ближе по характеру своему к деспотическим режимам Центральной Азии. Многие правозащитники и оппозиционеры до сих пор сидят здесь в тюрьмах.

В последнее время на фоне падения цен на нефть пострадала экономика страны — национальная валюта рухнула, цены и безработица выросли, экономический рост значительно замедлился. Как и Россия, Азербайджан «подсел» на нефтяную иглу, а ненефтяные сектора экономики не развивались. Оказывается, что страна зависит даже от импорта продовольствия! Экономические проблемы уже привели к социальным потрясениям — в январе в разных регионах страны прошли стихийные протесты против повышения цен и безработицы, которые были жестко подавлены властями.

В этих условиях, когда на фоне видимого роста экономики большинство вместо роста личного благосостояния ощущает лишь рост неравенства, коррупции и репрессий, реваншизм и национализм — это именно то, что нужно властям. Ведь гораздо проще отвести от себя гнев низов, вновь показав пальцем в сторону армян и неподконтрольного Карабаха.

То же самое делают власти и в Ереване, и в Степанакерте, чтобы отвлечь внимание от собственных провалов и преступлений. Однако если с армянской стороны выгоднее все же выступать за сохранение статуса-кво, то в Баку, ощущая возросшую экономическую, военную и политическую силу, призывают к реваншу, «возвращению оккупированных земель» и так далее.

Международная и региональная обстановка на протяжении уже нескольких лет способствовала очередной эскалации конфликта. Сначала российского-грузинский конфликт и признание Москвой независимости Абхазии и Южной Осетии в 2008 году, а затем отторжение Крыма и война в Донбассе привели к тому, что стороны карабахского конфликта со своей стороны начали готовиться к «разморозке». Вековой юбилей геноцида армян в Османской империи, который масштабно отмечали в Армении и мире в 2015 году, а также острый политический конфликт между Россией и Турцией в последнее время создал «благоприятные» условия для новой вспышки в Карабахе. Сирийский конфликт со своей стороны прибавил забот маленькой Армении — ещё в прошлом году Ереван заявил, что принял 17 тысяч беженцев из Сирии, в основном сирийских армян.

Роль России

В то же время на протяжении последних лет стороны конфликта усиливали свой военный потенциал; ключевую роль в этом сыграла Москва. С одной стороны, Россия воспринимается многими политическим союзником Армении. Действительно, с Ереваном Москву связывает Договор о коллективной безопасности, на территории Армении расположена 102-я российская военная база. РФ предоставила Армении льготный кредит в 200 млн. долларов на поставку российского вооружения.

В то же время Москва активно продавала оружие Азербайджану. В период с 2010 по 2014 год были заключены контракты на поставки танков и другого вооружения на 4 миллиарда долларов. После последнего обострения в Карабахе Ереван официально заявил о своем протесте по поводу продажи Москвой российского оружия Азербайджану. Со своей стороны вице-премьер Дмитрий Рогозин, отвечающий в правительстве за ВПК, заявил, что обе страны — Армения и Азербайджан — являются для России «стратегическими партнерами», и Москва продолжит продавать оружие обеим странам. Чуть ранее МИД РФ цинично пояснил: Россия учитывает обстановку в регионе при продаже оружия. В переводе с дипломатическо-бюрократического языка это означает: «будем продавать оружие и наживаться, наживаться на вашей войне, но будем призывать к миру и снова продавать всем оружие». Российское оружие в последнее время проходило испытание не только на востоке Украины и в Сирии, но и Карабахе.

Война в Карабахе, как и конфликты в Украине, Приднестровье, Грузии, выгодны Кремлю ещё по одной важной политической причине. Благодаря таким очагам нестабильности Москва реально управляет или, по крайней мере, пытается управлять ситуацией в своем «подбрюшье». Через продажу оружия, диаспору, нерешенный конфликт в Нагорном Карабахе, Москва оказывает влияние на Азербайджан, пытаясь противостоять дальнейшим планам по транзиту нефти и газа, строительству транспортных коридоров в обход территории России.

Армения, как считают в Москве, и так связана с Россией политически, экономически, в военной сфере. Однако последние события и заявления российских политиков вызвали недовольство в Армении, особенно на фоне недавнего зверского убийства армянской семьи военнослужащим российской военной базы, а также после мощных протестов «Электромайдана» в Ереване в прошлом году.

Национализм и реваншизм

Нынешнее обострение в Карабахе — самое тяжёлое с 1994 года, хотя вспышки были и раньше, в том числе и в последнее время. Судя по всему, можно говорить о десятках погибших с обеих сторон. Репортажи из Армении и Карабаха сообщают о тысячах добровольцев, желающих немедленно отправиться на фронт, среди них и ветераны Карабахской войны начала 90-ых. Вероятно, в Азербайджане можно наблюдать похожую ситуацию — там до сих пор живут тысячи тех, кто бежал из Нагорного Карабаха и Армении. Десятки людей погибли абсолютно ни за что в течение всего четырех дней, но ещё тысячи рвутся в бой, чтобы «отомстить», «защитить», «восстановить справедливость».

Солдат ополчения Нагорно-Карабахской республики

От многих знакомых армян и азербайджанцев я слышал очень похожие истории о зверствах стороны противника во время войны. И ещё я слышал пронзительные истории о том, как незнакомый армянин помог отцу моего азербайджанского друга выбраться из Армении, а в Баку во время погромов соседи-азербайджанцы прятали семью моего армянского знакомого. Вот и в репортажах из Карабаха многие говорят, что до конфликта дружили с соседями-азербайджанцами, но потом... что же произошло потом, откуда эта ненависть, наверное, никто рационально объяснить не сможет. Сегодня раскол и недоверие между двумя народами очень глубоки, и чем острее политические и социальные противоречия в Азербайджане и Армении, тем активнее власти разыгрывают националистическую карту.

Одна из важнейших задач сегодня — это противостояние национализму с обеих сторон. Сегодня голоса левых и антивоенных активистов в Армении и Азербайджане еле слышны, но есть надежда, что из социальных протестов, которые сотрясали обе страны в последнее время, возникнут силы, которые сделают правильные выводы по поводу решения социальных проблем, вопросов национализма, войны и мира.

Для многих людей, переживших ужасы войны, главным «аргументом» остаётся пролитая кровь: за эту землю проливали кровь, нужно её отстоять (или вернуть) во что бы то ни стало! Но тогда встаёт простой вопрос: сколько ещё крови должно быть пролито, чтобы отстоять (или вернуть) залитые кровью земли? Сколько ещё поколений армян и азербайджанцев в этом регионе должны жить в страхе и ненависти? Сколько поколений карабахцев должны жить в изоляции? Военного решения конфликта нет, но и статус-кво — тоже не решение. И даже частичное признание главных проблем не решит. Палестинцы борются за создание своего государства много десятков лет, Палестину признали десятки государств в мире, она является полноправным членом многих международных организаций, но это никак не отразилось на решении палестино-израильского конфликта. Так же и в Карабахе, который пока не признала даже Армения. Без участия азербайджанских трудящихся этот конфликт не решить.

Признание и беженцы

При всех сильных сторонах Азербайджана и слабостях Армении и НКР военное решение проблемы Карабаха невозможно, как бы того не хотели реваншисты в Баку. Карабахцы, безусловно, должны сами решать свою судьбу. Скорее всего, их решение будет в пользу независимости. Недавно президент Азербайджана Ильхам Алиев заявил, что не позволит появиться на территории своей страны второму «армянскому государству». Однако хочет того Алиев или нет, но «второе армянское государство» существует уже давно, и с этим фактом придется считаться. Алиеву, конечно, удобнее говорить своим гражданам о «20% оккупированных территорий», чтобы они забыли о том, что остальные 80% простые азербайджанцы тоже не контролируют.

Есть и другой важный материальный аспект конфликта — тысячи беженцев и брошенные азербайджанские деревни и целые города. Беженцы — важнейший элемент уравнения, которое нужно решить для достижения реального мира. Идеальный вариант: стороны конфликта договариваются о признании в обмен на мир и возвращение части подконтрольной Карабаху территории, а также признают право беженцев на возвращение. В этом должны принять участие и те страны, которые приняли многих беженцев из зоны конфликта, особенно Россия.

Азербайджанские беженцы из Нагорного Карабаха. Фото сделано во время войны 1992-1994 года.

Конечно, лишь малая часть беженцев в ближайшей перспективе согласятся вернуться, поэтому они должны получить справедливую материальную компенсацию, включая жильё, работу, медицинское обслуживание, образование, и полные политические и гражданские права в стране пребывания. Это, конечно, не должно лишать их права на возвращение в будущем.

Однако здесь встает вопрос — как возможно решить вопрос признания и весьма затратные проблемы беженцев, восстановления разрушенной инфраструктуры? Кто заплатит за это? Для этого нужно сначала ответить на другой вопрос — кому это нужно? Нынешним политикам? Очевидно, что нет. Им выгоднее тратить миллиарды на закупку оружия, не говоря уже об отмывании миллиардов в офшорах. Простым трудящимся в Армении, Карабахе, Азербайджане? Конечно, да! Именно они, а не политики и олигархи, страдают от войн и конфликтов, погибают, получают ранения, лишаются крова, становятся беженцами.

На одном из армянских форумов, к примеру, появляются такие сообщения: Это не моя война, это война коррумпированной государственной машины. За политические победы, экономические победы. За влияние, силу, деньги. В хорошо прикрытой патриотической риторике. Мы с тобой получим лишь потерю невинных жизней. Обычные люди в войнах не побеждают. Вот почему это не моя война.

Поэтому решение проблем статуса Карабаха и беженцев не может быть эффективным без решения вопроса контроля над экономикой и ресурсами в этих странах. Пока все богатства в регионе находятся в руках маленькой кучки, невозможно мечтать о прочном мире, который этой кучке вовсе не нужен.

Сотрудничество, интеграция, безопасность

Другой вопрос — сможет ли независимость Карабаха сама по себе решить проблему? Увы, нет. Марксисты полностью поддерживают право наций на самоопределение, но это не означает поддержку бесконечного дробления и разделения. Наоборот, если это возможно, необходимо сохранять максимально возможное единство и интеграцию. Самое главное в таких случаях — не допустить появления разделительных линий между простыми людьми, трудящимися. Де-факто Карабах независим уже 22 года, и его пример, как и пример многих ругих стран и территорий, показывает насколько разрушительными могут быть конфликты и изоляция в рамках капиталистической системы. Невозможно в современном мире развиваться и процветать, если с окружающим миром тебя связывает лишь одна горная дорога, и ни один самолет не может приземлиться в твоем аэропорту.

Если взглянуть на карту Кавказа, то можно увидеть, насколько большую роль могут играть географические факторы. К примеру, крохотный Нагорный Карабах на картах со всех сторон окружен территорией Азербайджана, Армения имеет протяженную границу с недружественной ей Турцией, а Азербайджан практически не имеет общей границы со своим главным союзником, зато азербайджанский эксклав Нахичевань отрезан от основной территории страны территорией Армении.

Такая сложная география даже для Армении создает значительные проблемы. Особенно тяжело было влияние географии после развала Советского Союза и утраты экономических связей между республиками и областями страны. Маленькие непризнанные государства — вроде Нагорного Карабаха или Южной Осетии — страдают от таких ограничений ещё больше.

Настоящие мир и признание придут лишь в рамках договоренностей о сотрудничестве и интеграции. Да-да, интеграции Армении и Азербайджана, построения в рамках Кавказа демократической конфедерации государств. Сейчас это трудно себе представить, но в этом состоит объективный интерес большинства, и если это трудящееся большинство сможет взять под свой контроль экономику и государство в своих странах, то и конфедерация таких рабочих государств станет не просто возможной, но и жизненно необходимой.

Фото из англоязычного проекта The Karabakh Conversation: Севак Хачатрян, менеджер в одном из карабахских отделений международной компании. На плакате-лопатке надпись: Я оптимист. Мы преодолеем сегодняшние трудности в надежде на светлое будущее. У нас нет другой альтернативы

В современном мире достижение экономического процветания и социального благополучия невозможно в изоляции, без регионального и международного сотрудничества. Однако при капитализме такое сотрудничество ведется в интересах крупного бизнеса, корпораций, которые игнорируют общественные интересы, проблемы экологии, безопасности, их интересует только прибыль. Поэтому сотрудничество и интеграция в общественных интересах должны быть сопряжены с социалистическими преобразованиями — обобществлением природных ресурсов, транспорта, банков и крупнейших компаний, формированием демократических рабочих правительств.

Ещё одна важнейшая проблема для решения любого конфликта — это обеспечение безопасности. Кто или что сможет гарантировать прекращение боевых действий и насилия «на земле», даже если будут достигнуты и подписаны договоренности о мире, признании, границах и беженцах? Многим первым делом приходит на ум мысль о «международных наблюдателях» или «миротворцах». Однако изучение опыта «миротворческих миссий» в Боснии или Руанде быстро разрушит иллюзии в отношении международных «миротворцев». Приоритетом правительств, стоящими за этими миссиями, является вовсе не сохранение мира и стабильности, а реализация своих собственных интересов и интересов крупного бизнеса и ТНК. Ширма «нейтральности» таких миротворческих сил под эгидой международных организаций мало что меняет по сути.

Никто посторонний не защитит Карабах от эскалации насилия. Демократически избранные самими жителями комитеты обороны могут стать основой для настоящей безопасности в зоне конфликта. И по-настоящему эффективными такие комитеты станут тогда, когда их работа будет основана не на страхе за жизнь и ненависти к живущим по ту сторону фронта, а на борьбе за построение демократической экономики в интересах трудящегося большинства. Тогда, когда жители региона начнут по-настоящему самостоятельно, демократически распоряжаться и управлять ресурсами и богатства региона в интересах всего общества. И в таком будущем в комитетах обороны в Карабахе будут служить армяне и азербайджанцы, в Шуше восстановят исторические мечети, в Степанакерте будут приземляться и взлетать самолеты, азербайджанцы будут ездить в Нахичевань через Армению, а многие бакинские армяне вернутся на родину. И тогда можно будет сказать: наверное, это и есть настоящий мир, а Карабах — не «тёмный лес», а цветущий сад.